Он вольный художник, который рисует от серого чёрным...
Заметки о природе Беларуси.
Фото галереи сайта
Заметки о природе Беларуси.
Почему я стал изучать сов.
Почему я стал изучать сов 2.
Почему я стал изучать сов 3.
Почему я стал изучать сов 4.
Какие там ещё совы?
Проект "Совы".
СОВЫ У СЕБЯ ДОМА.
1. Мохноногий сыч.
2. Глушец. Следы древней жизни.
3. Встреча с семейством.
4. Совиная ночь.
5. Обитатель города.
6. Озеро смерти.
7. Хлев.
8. Барсучий гон.
9. Исчезнувшее поселение.
10. Девушка Синильга.
11. Не сезон.
12. Король ночных рек.
13. Спутники.
14. Кое-что про филина.
15. Дождь над Можей.
16. Мартовский сыч.
17. Крот на обед.
18. Мы падаем.
19. Подарок от Синильги.
20. Пара на Уборти.
21. Старица. Налибокская пуща.
22. Зима 2012.
23. Ушастик на поселении.
24. Ушан, сплюшки и другие.
25. Галый Бор и несвижский замок.
26. Февраль 2013 года.
27. Зима. А вот в наши годы...
28. Лебедь на Бобре.
29. Сто метров до Можи.
30. Сыч красавец и жёлтые подводные озёра.
31. То ли апрель, то ли зима.
32. Маленькая поездка в Мир.
33. Филин и мохноногий сыч.
34. Тремля, куница и страна фиолетовых гор.
35. Куница-инвалид.
36. Примень.
37. Любчанский замок.
38. Редкая встреча.
39. Новогрудок.
40. Золотые руки Ивенца.
41. Болотные совы.
42. Ночь дождя.
43. Кресты. Память разных войн.
44. Пекалин. Усадьба Монюшко.
45. Бобр. Ведическое капище.
46. Маленькая голубая белочка.
47. Лесные сони и кое-кто ещё.
48. Эмоции, воздействие, половой диморфизм и сплюшка.
49. Сова на четыре ноты.
50. Охота на сплюшку.
51. Кто такой сателлит?
52. Взаимоотношения.
53. Бородатая неясыть.
54. Забытый стационар.
55. Свято место.
56. Утро летних туманов.
57. Из жизни сорокопутов.
58. Сатаров лес.
59. Будка с колодцем.
60. Вторая пара.
61. Кто доминирует в паре?
62. Ещё раз о половом диморфизме у серых неясытей.
63. Осенние неясыти.
64. Голубой лес.
65. Мороз и Солнце.
66. Время начала токования.
67. Мои неясыти.
68. Дети Сатарова леса.
69. Заметки к образу жизни воробьиного сычика.
70. Тишина на Дедике.
71. Свадьба Владислава Ягайло и Софьи Гольшанской
72. Хлев-2017 в мае. Аналогия Дедика.
73. Синильга. Бородатая неясыть и другие.
74. Совы Синильги.
75. Цена неудачи.
76. Молодая самка.
77. Семейство воробьиных сычиков... Или нет...
78. Год мохноногих сычей.
79. Хлев-2017. Осень. Новое поколение.
80. Оленья преграда.
81. Октябрьский воробьиный сычик.
ТРАВЯНАЯ ЛЯГУШКА.
1. Ноябрь. Фильм о жизни травяных лягушек.
2. Жизнь в декабре.
3. Аномалии января.
4. Гонадотропин.
5. Смерть и любовь.
6. Конкуренты и соседи.
7. Зима в марте.
8. Икра.
9. Первый шаг.
10. Ротовые диски.
11. Русалки и агрегации.
12. Уша. Танцы миног.
13. Уша. Бобровые плотины.
14. Асино. Удивительное время года.
15. Мини Гранд-Каньоны.
ОСТРОМОРДАЯ ЛЯГУШКА.
1. Два вида.
2. Голубое и оранжевое.
КРАСНОБРЮХАЯ ЖЕРЛЯНКА.
1. Ночной маячок.
2. Апрель 2012.
КВАКША ОБЫКНОВЕННАЯ.
САЛАМАНДРЫ БЕЛАРУСИ.
1. Драконы подземелий. Обитают ли они в Беларуси?
2. Саламандры заповедника.
3. Тритон.
4. Первый.
5. Половой диморфизм.
6. Свадьба тритонов.
7. Сперматофор.
8. Типовая территория.
9. Икра. Личинки. Тритончики.
10. Ночная жизнь.
11. Тритон в подземной жизни.
СЕРАЯ ЖАБА.
1. Жизнь жабья.
2. Рюкзачок на спине.
3. Сперматофор серой жабы.
4. Чёрный шнур.
5. Жабы путешественники.
ЗЕЛЁНАЯ ЖАБА.
1. Происки врагов и прочее.
КАМЫШОВАЯ ЖАБА.
ЧЕСНОЧНИЦА.
СООБЩЕСТВА.
1. Четыре вида.
2. Экологическая ниша или нет.
3. Атмосферное давление.
ДЮНА КОРОНА.
1. У начала времён.
2. Побег Михалыча.
3. Первая аррибада.
4. Гадючья лихорадка и Молодая.
5. Иная история Молодой.
6. Новая Шамбала.
7. Позвоночник черепахи.
8. Недоступная пустыня Беларуси.
НАСЛЕДНИКИ ДИНОЗАВРОВ.
1. Амфибии и рептилии ПГРЭЗ.
2. Наследники динозавров.
3. Жизнь семейная.
29. Сто метров до Можи.

   
Апрель. Солнышко.
  • Ну, наконец-то, свершилось! Зима начала отступать!
  • В середине апреля 2013 года заметно потеплело и, казалось бы, вечные, залежи снега начали стремительно сокращаться.
  • С 20 на 21 число я в очередной раз выбрался в лес, с ночёвкой. Собственно я ставил перед собой задачу добраться до речки Можи. Там есть одно любимое местечко, где пару лет назад, а именно в 2011 году, мне удалось снять на видео токующего мохноногого сыча. Как раз в середине апреля.
  • Вот в тот лес я и направился. Но получилось всё не так, как планировал.
Даже в лесу снег начал быстро таять.
Апрельская дорога.  
Вот такие весенние дороги.
Местами - вот такие лужи в снегу.

Облака на небе.
  • Дорога, по которой я отправился, была, в общем-то, проходимой. Но ехать по ней было нельзя. Километра через два от станции, как раз возле большой лужи, меня догнал мотоциклист. Но, даже не рискнув объехать, повернул обратно. Впрочем, и правильно сделал. Дальше было ещё хуже. Для мотоциклиста.
  • Я же продолжил свой путь на Можу, обходя лужищи и лужицы и, кое-где проваливаясь то в снег, то под тонкий лёд. Хорошо хоть не глубоко. Рассуждая сам с собой о том, что самым скользким существом в мире является гладкий лёд на дне мелкой лужи. Ох, и хорошо же на нём падать!

Кое-где всё это больше похоже на март, чем на апрель.
Следы трясогузки на снегу.
Большая лужа, в которой как в зеркале,
отражается голубое апрельское небо.

За ручьём, который пересёк дорогу, вода затопила лес.

Лес в воде.
  • Первым живым существом, встретившимся мне на пути в тот день, была бурозубка. Точнее, существом погибшим.
  • Бурозубки - это маленькие животные, практически повсеместно обитающие в Беларуси. Я регулярно встречаю их даже в Минске. Люди, как правило, считают их мышами. Хотя это совсем не мыши. Это - насекомоядные животные. Бурозубок у нас несколько видов, среди которых есть и обычные и очень редкие виды, известные лишь специалистам. Но сильно углубляться в зоологию бурозубок я здесь не буду. Как-нибудь в другой раз.
  • В данном случае интересна одна особенность бурозубок - погибать на дорогах. Но не под колёсами машин.
  • Я сам часто находил этих маленьких, погибших существ на малопроезжих дорогах, причём, что интересно - утром чаще, чем днём или вечером.
  • Однажды довелось услышать любопытное мнение специалиста по этим животным. Дескать, ловят и убивают бурозубок лисы, ласки, хорьки, но из-за специфического мускусного запаха не едят, а бросают. Но почему именно на дорогах? Действительно, утром их можно найти на лесных дорогах чаще, чем вечером. То есть, после ночной охоты хищников. А к вечеру от погибшего зверька, чаще всего, уже ничего не остаётся. Может быть в траве, под пологом леса их труднее заметить?
Вода бурлит.

Везде перегороженные ручьями дороги.
Погибшая бурозубка.
Вода и снег.

Кое-где на дороге совсем маленькие ручейки вливаются в такие же маленькие лужицы.
  • Честно говоря, меня эта "лисья" концепция не очень вдохновила, но сегодняшняя бурозубка, её как бы и подтверждает. Не знаю, не знаю.
  • А день выдался тёплым и солнечным. Несмотря на снег, которого ещё достаточно на дороге. И в лесу. Временами мимо пролетает ошалевшая муха - "вжжжжжиии", "мы выжжилли, выжжилли". Ещё бы! Есть чему порадоваться после всех этих буранов и зимы в полгода.
  • То там, то тут уже порхают бабочки. Павлиний глаз и лимонница. Они обычно первые после зимы.
  • Через некоторое время у меня на пути бурный ручей, сразу же разливающийся в широкое море. Но это было только начало.

Возле самой дороги - остатки от сойки. Кто-то её съел.

Мои следы на последнем снегу.

Бурный весенний поток.
Маленькие ёлочки на обочине дороги.
Шеренга ёлочек возле тающего сугроба.
  • Примерно через полкилометра дороги я вышел на относительно сухой бугорок. И тут, надо же! Спарка травяных лягушек! И от воды далековато, и двигаются явно не в ту сторону. Хорошо хоть транспорта на дороге нет.
  • Сделав несколько великолепных кадров этой красоты, я аккуратно развернул их в сторону реки. Туда вам надо, ребята!
  • Интересно то, что, судя по их внешнему виду, зимовали они явно на суше. А для травяных лягушек известна преимущественно зимовка в воде.
  • Так что, это редкий кадр. Для сравнения привожу рядом фотографию спаривающихся травяных лягушек, которых снимал в 2008 году возле ручья, где они зимовали.
  • Их тела, заметно более разбухшие от воды, чем у этой пары.

Местами на дороге не только лужи, но и рухнувшие зимой деревья.

Маленький ручеёк.

Пара травяных лягушек.

Эту спарку травяных лягушек я снимал возле места их зимовки в ручье. Их тела, насыщены водой.

Апрельский березняк.
  • Но, двигаюсь дальше. Ещё немного и выхожу из старого леса на открытые места. Через некоторое время начинают попадаться серые жабы. Поодиночке и в спарках. Здесь самый настоящий жабий рай! Людей нет, машины пока не ездят, везде лужи, ручьи и апрельское солнце.
  • Жабы шествуют в одиночку и в спарках вдоль и поперёк дороги. Однако, как я в этом не раз убеждаюсь, эти временные лужи их не обманывают. Жабы знают, что через неделю, две, лужи высохнут. Поэтому долго здесь не задерживаются и двигаются к реке. Хотя отсюда до Бобра около километра. Дистанция для жаб, примерно как для людей от Земли до Луны.
  • А они идут. Терпеливо. Днём и ночью. Потому что как-то знают, что нужно оставить потомство. Чтобы праздник жизни на этой планете продолжился.
  • О люди! Не уничтожайте эту красоту, не отворачивайтесь от них только потому, что они не такие, как мы!
  • Посмотрите ещё раз внимательней на портрет этой красавицы. Не знаю, кто и когда назвал жабу серой. Серого цвета там нет вообще. Фиолетовый, песочный, жёлтый и белый цвет. И чёрная полоска зрачков на оранжевом фоне. Великолепно!

Бабочка греется на солнышке.

Следы лосиных зубов на осинах.
Очаровательная самка серой жабы. Путь к новому поколению.
Апрельское солнце в лужах.

Кажется, даже камни радуются солнцу.
  • Ещё немного погодя - полный размыв дороги. Лужи, потоки воды, каньоны. Жаб много. Можно сказать они здесь повсюду.
  • Вообще, удивительная в этом году весна, затянувшаяся, резко начавшаяся. Всё смешалось в кучу. Спарки травяных лягушек и серые жабы. Все торопятся. Весна то - проходит. И быстро.
  • Здесь, на этом ручье, я едва не поплатился за собственную беспечность. На маленьком и симпатичном уступчике, на изгибе ручья ноги стали тонуть в жидкой глине. В снег и воду, в этом году проваливался, а вот в глину - в первый раз.
  • С трудом, едва не потеряв сапоги, выбрался.

След лося на песке.

Самец серой жабы в луже на дороге.

Посреди дороги размытые "глубоководные" каньоны. Казалось бы - весенние ручьи. А я здесь чуть не утопился в жидкой глине.

Одинокий цветок мать-и-мачехи. Он попался мне один за всю дорогу. Весна такая. В городе они цветут, а здесь - не успели.
Жаба в луже.
  • А вокруг - жабье царство. Маленькие самцы, которые чуть ли не в два раза мельче самок, крепко обняв подруг, с полусонно-агрессивным видом путешествуют на их спинах. То тут, то там - одиночные самцы. И очень редко попадаются одиночные самки.
  • Вообще-то, строго по науке, их соотношение близко один к одному, я это сам проверял не раз. Но когда, вот так вот, мимолётом, подсматриваешь жабью жизнь, кажется, что самок больше. Но это не так. Самки, в пределах жабьей скорости, быстро проходят через эти лужи, и устремляются к реке.
  • Чаще всего с партнёром на спине.
  • Самцы же, преимущественно сидят и ждут, когда их "увезут".
  • В реке, в заводях, происходит примерно, то же. Часть самцов уже там, они ждут подруг, которые нередко приходят уже не одни. Самки приносят в реку из луж новых самцов, потом откладывают икру и уходят. А самцы остаются.
  • Создаётся иллюзия, что самцов больше. И действительно, мне приходилось насчитывать до двух сотен самцов на одну самку.
  • Но если подсчитывать самок на краю заводи реки, результат получится совсем другой.
  • Но для этого требуется примерно две недели упорных наблюдений, а то и три. Вот так, то.
Возле камня, в водоёме. Крупным планом.
Спарка жаб в толще воды.
Спаривающиеся серые жабы. Вечная красота природы!

Самец на поверхности воды и его тень на дне. Забавный момент.

На самом бережку лужи.
  • Но, я так увлёкся всей этой фото сессией, что и не заметил, как изрядно перебираю со временем. На мосту над Бобром я был через два с половиной часа. Четыре километра то, всего.
  • Но, собственно было, на что посмотреть и что снимать. Вот и задержался.
  • Впрочем, когда слева открылась пойма Бобра, я понял, что задержусь ещё.
  • Картина была просто великолепна! Вся пойма была залита водой. Точнее сказать - вода просто шла широким морем по пойме. Метров двести с этой стороны - сплошная вода. Как я потом определил по столбам самого моста, вода поднялась на два метра.
  • Хорошо ещё то, что с той стороны, откуда я подходил, вода не размыла дорогу.

А возле дороги - настоящий леший.

В пути.
 
Открывшаяся за сосёнками пойма Бобра представляет собой сплошную голубую полосу воды.

Самцов много и все они спешат обнять своих подруг.
Голубой разлив.
  • Конечно, красота! Но, не проходимая.
  • На мосту я был вынужден сократить своё, вольное фото творчество. До Можи было ещё 8 километров, да ещё километра 2-3 до намеченного мною места. Надо было успеть до сумерек.
  • Пришлось нажать.
  • Однако, сразу за мостом, буквально в двух сотнях метрах, было хорошо видно, что вода просто перекатилась через дорогу. Так много воды в этом году. Но перекатилась и ушла. Дальше было всё серьёзно. Напор воды промыл на дороге ручеёк, канавку, канаву, ямищу.
  • Сметая всё, на своём пути поток воды устремился через дорогу.
  • Мне вначале показалось, что это просто большая лужа, через которую идёт весьма бурный поток воды.

Вид на Бобр в апреле 2013 года.

Бобр где-то там, в воде.

Берегов у Бобра в этот раз не было.

Вода со всех сторон.

Утки над Бобром.
  • Но, когда подошёл вплотную, понял, что могу провалиться. С краю дороги лежала длиннющая ольховая ветка. И я её использовал в качестве рулетки. Когда извлёк ветку из воды и приставил к себе, ого! Мокрая отметка оказалась у меня выше уровня груди. Полтора метра!
  • В первый момент у меня даже возникли сомнения - смогу ли, перейду ли?
  • Досадно было, де дойдя три четверти пути, до намеченного, отступать.
  • Но, оценив ситуацию, решил обходить не со стороны, откуда шла вода, а со стороны выхода потока.
  • Хотя вода, чуть, что не кипела, и неслась, как в высокогорных потоках, где-нибудь на Кавказе. Но там, возле выхода воды, за стволы ольховых деревьев, зацепилось много веток, брёвен, листьев, которых поток нёс с собой. Образовался своеобразный гребень, по которому можно было попробовать перейти.
  • Что я и сделал.
Разлив на всю пойму.
Деревья в воде.
Зверь лесной, невиданный. Жуть.

Апрельская красота.

Очаровательная трясогузка.
  • Минут через десять, стоя уже на другой стороны этой промоины, я с иронией подумывал о том, что назад придётся идти ночью, в полной темноте. И как справлюсь?
  • Но, время поджимало.
  • Сократив фото сессию до минимума, я отправился к Може. Тем более, что ходил по этой дороге не раз, и, казалось бы, здесь всё хорошо знаю. Но, как всегда - но.
  • Первый результат - памятник сове был повёрнут! Каменная глыба, весом, не знаю, во сколько тонн, стояла не поперёк дороги, как прежде, а вдоль. Содранный мох и земля под камнем красноречиво свидетельствовали о процедуре вращения.
  • Зачем?
  • Как-то я писал о том, что не очень воспринимаю эти памятники. Ну, поставили его. Кто-то вложил изрядный труд, фантазию, чтобы нарисовать, пусть не совсем правильно, но сову. Ну, является этот камень с совой прекрасным ориентиром здесь, в почти дремучем лесу. Своеобразной отметкой. В конце концов - это даже здорово! Дойдёшь до совы, поздороваешься. Точно знаешь, где ты находишься. Даже отдохнёшь немного.
  • А тут взяли и поломали. Не совсем, конечно. Повернули. Но если дожди подмоют развороченную почву под камнем - где гарантия, что он не повалится на бок. Руками не поднимешь. Несколько тонн, как минимум. Потребуется тяжёлая техника и много возни.
  • Да и тут видно, что поворачивали бампером лесовоза или ножом трактора. Никак иначе. Зачем?

Мой рюкзак на мосту через Бобр.

Памятник сове. Повёрнутый.

  Вот они. Те самые сто метров, которые я не смог преодолеть прямо перед Можей.

Этого самца серой жабы я снимал на самом краю реки Бобр.

Вот он, "всемирный" потоп.
  • Эмоции, негативные, переполняют. Вспоминаю много случаев, когда в дальних лесах видел редкостные таблички, с обозначением окрестных дорог и направлений. Чья-то старательная рука их делала. Искренняя благодарность всем тем, кто оставляет такие метки в лесу. Искренняя благодарность!
  • И вот идут по лесу калеки-охотники. Табличка. Делать нечего, стрелять не куда. Глаз нет, водкой залиты. Хлоп по табличке картечью. Зачем?
  • Кто пройдёт после вас, увидит только ржавую железку, на которой ничего не сможет прочитать. Кому вы хуже сделали?
  • Так и здесь - повернули камень.
  • За камнем, за памятником сове - столик. Местные лесники делали. Даже за дорогой штабель дров оставили, чтобы путникам было легче. Благодарю их! В который раз, проходя это место, благодарю.
  • И вот на столике - красноречиво пустая бутылка. А под столиком, не менее красноречивая пустая банка от консервов.
  • Отдыхали ребятки, развлекались. Богатырскую силушку некуда было деть. Нашли применение. На памятнике сове отыгрались.

Вид поймы Бобра с другой стороны. Здесь тоже всё занято.
Мост через реку Бобр. Снимок апреля 2013 года.
Вода просто переливается через дорогу.
Вот здесь вода начала переливаться через дорогу. Но основной её поток пошёл немного дальше.

А вот там поток воды идёт через дорогу.
  • Досадно это всё. В который раз - досадно. Но, как говорит народная мудрость - можешь что-то изменить - дерзай. Не можешь - смейся. Я смеюсь. Иду дальше.
  • Впереди ещё почти восемь километров. День близится к вечеру. Надо идти. Дорога знакомая, снимаю на ходу, стараюсь нигде не задерживаться. Только отмечаю знакомые перекрёстки, повороты, березняки и полянки. Тороплюсь.
  • А воздух, какой! В городе - табачный смрад и дым, а здесь...
  • Солнце справа от меня уже медленно скатывается за стволы высоченных сосен. Нагретый сосновый весенний дух везде. Здесь не болеешь. Здесь нельзя простыть. И вирусы гриппа облетают эти места за десятки километров. Если не за сотни.
  • Слева от дороги, в лесу, идёт холмистая гряда. Всё некогда её посетить. Вот и сегодня - тороплюсь на Можу. Знаю, что эта гряда займёт для исследования не один день. Некогда.

Кажется, что это только лужа. На самом деле вода промыла глубокую яму почти в полтора метра. Я промерил палкой.

Когда через неделю вода немного сошла, здесь даже отчаянный и видавший виды "джип" проехать не рискнул.

Великолепная лунная ночь в апреле.
Вода бурлит и уходит на другую сторону поймы, за дорогу.
Дорога вся в лужах. Я, конечно, не "джип". Проходимость немного лучше.
  • Восемь километров пролетают быстро. Вот и знакомая вырубка, развилка, поворот на пойму Можи.
  • И тут...
  • Почти гвоздь программы. Метров за сто пятьдесят, двести до Можи - сплошной поток воды. Пойма слева и справа от дороги - сплошная вода. Деревья, кусты - всё в воде. Вода идёт широким морем.
  • Собственно, здесь всегда были заболоченные места. Когда более залитые водой, когда - менее залитые. А сегодня что-то из ряда вон.
  • Надо преодолеть это стихийное бедствие, а там, за мостом, километрах в двух, тот самый старый ельник, в котором я и хочу послушать сегодня ночью мохноногого сыча.
  • Я начинаю переправу. На дороге, в старых колеях от лесовозов - глуби до метра. Скользкие, все в листьях, почти обрывистые края. Падать туда с аппаратурой как-то не хочется. Одно неверное движение и - полёт в лужу. Слева - ветки и рухнувшие коряги, которые так и подталкивают - падай, падай. От одного бугорка с деревом осины до другого метра три, четыре.
  • Эти метры - протока с несущейся чёрной водой, дна в которой часто даже не видно.
  • Прыгая от дерева к дереву, увёртываясь от торчащих веток, стараясь не соскользнуть в чёрную глубину на дороге, я соображаю, что в час, два ночи, в абсолютной темноте, нужно будет как-то выбраться обратно.
  • Метров пятьдесят или семьдесят я прошёл. Но дальше - всё. Если ещё как-то смогу туда. То ночью назад - никак. Вода идёт сплошным ковром через дорогу. Мост через Можу и возвышение за ним видать, но дойти - невозможно.
  • Так, не дойдя буквально сотню метров до Можи, я был вынужден повернуть обратно. Можу я в этот раз не перешёл. Впервые за лет двадцать путешествий сюда. Всё. С трудом выбравшись обратно, подчёркиваю - с трудом и еле-еле, я стоял на краю потока и соображал, что делать дальше.
А это уже в лесу за мостом. Старая табличка от бывшего полигона.
Слева от дороги на Можу идёт гряда холмов. За ней - большое болото.
Мой ночной костёр.

Дорога вдоль Бобра. На Можу. Апрель 2013 года.
На вечернем солнышке копошатся в своём муравейнике муравьи.
  • За шумом воды и с расстояния в два километра, мохноногого сыча оттуда я бы не услышал. Правда, здесь, на этой самой дорожной развилки, перед самой Можей, пару лет назад я отметил токующего самца серой неясыти. Хотя, тогда тоже была неудача. Совин вскоре улетел за болота возле Можи и догнать его я не смог.
  • Я решил сделать большой привал. Вечер холодал, и надо было развести костёр. На сухой, песчаной дороге, на бугорке, в безопасном месте я это и сделал.
  • Хотя попытки чего-нибудь достичь меня не покидали. Развернув аппаратуру, я прошёлся вниз по течению реки, по единственной параллельной дороге. Около полукилометра. Дальше дорога поворачивала к реке и просто уходила под воду. На самой кромке воды плавали распластавшиеся самцы серых жаб. Их родная стихия. Но для меня - непреодолимое препятствие.
  • В лесу темнело, наступила ночь. Я вернулся к своему почти погасшему костру.
  • Людей в окрестностях не было. Это я знал точно. Дороги почти не проходимые и совершенно не проезжие. Волки боялись и обходили дальней стороной. Совы молчали. Рядом негромко шуршал поток воды и "уркали" серые жабы.
  • Кроме тренировок в работе с аппаратурой и поддержания костра делать было нечего. Ночь, пока, была почти тёплая. Закутавшись в бушлат, я сидел на бревне возле костра, слушал ночь и размышлял о своих дальнейших действиях.
  • К шести утра хорошо бы попасть на электричку. Раз ночь пустая, смысла задерживаться нет.

Оранжевые метки на стволах. Здесь планируют вырубку леса.
Любопытные канавки. Зимой, под снегом, здесь делают полуподземные, подснежные ходы кроты. А может быть и полёвки.
Ночные ели. Где-то здесь и произошло самое интересное в эту ночь.
 
Ну, почти арсинотерий третичного периода. Впрочем, он похож и на современного муравьеда. Только зелёный какой-то.
 
Красивый можжевельник на краю дороги на Можу.
  • В ольховых ветках над болотом, вдруг возникла луна и залила всё вокруг голубоватым светом. Ночь фантастическая, лунная, апрельская, пахнущая весной, последним снегом и сосновой смолой. Почти полная тишина. Только шум воды и серые жабы.
  • Что-то около полуночи надо мной, в чёрном, звёздном небе прошли гуси. Немного, три - четыре птицы. Гуси летели на юг.
  • О! Это интересный знак. Летящие на юг в апреле гуси означают идущее похолодание.
  • Минут через десять они уже мчались на северо-запад. Потом ещё один пролёт - на восток. Потом ещё... Птицы явно метались, не находя себе места.
  • Собственно, гуси погоду предсказали точно. Лучше любого метеоцентра. И без ошибки. Ровно через неделю апрельское потепление, согнавшее снег, закончилось. Начались дожди, без особого тепла. А в самом конце апреля и начале мая в Беларусь пришёл дождевой циклон.
  • Правда, тогда, в ночь с 20 на 21 апреля об этом знали только дикие гуси.
 
А это обычный, буреломный выворот.
  Муравьи на дороге с удовольствием навалились на погибшую лягушку.
Людям впечатлительным на это рекомендую не смотреть. Особенно ночью. Хотя, коряга как коряга. Но здорово, согласитесь.

Тени сосен в вечернем лесу. 
 
Лесная дорога к Може.
  • После полуночи, откуда-то с севера, вдруг начал подниматься достаточно сильный ветер. По небу полетели рваные тучки, которые одевали Луну в самые фантастические, серебряные ожерелья, накидки, шали. Желтовато-голубые, серебряно-серые петли извиваясь, то укутывали ночную красавицу, то открывали её вновь. Через некоторое время начал надвигаться сплошной облачный фронт и звёзды на небе стали гаснуть. Одна за другой.
  • Я приготовился к худшему развитию событий. Но, буквально через пятнадцать - двадцать минут тучи развеялись и ветер стих. Чёрный шатёр с золотыми крошками звёзд и голубой лунный свет заполонил мир. Лунные тени потянулись от безлистых осин, сосен и берёз.
  • Согласившись с нулевым результатом и вспоминая не преодолённые сто метров до Можи, примерно в час ночи я отправился обратно. Да, кстати. А может и не очень кстати. Пока я любовался луной и слушал гусей, одновременно пробовал свою ночную аппаратуру, которая была в этот раз в новом исполнении. Я не нашёл этот вариант удачным и, досадуя, всё раскрутил по винтику, оставив лишь дежурный фонарь и фотоаппарат. Так, на всякий случай. Очередная неудача!
  • Итак, в час ночи, или что-то около того, я отправился обратно, не подозревая, что ещё большая неудача меня ждёт впереди. А может быть и огромная удача!

Причудливая сосна.
 

Да... зиму пережили не все.

Утро. Холодно и сыро. Но - утро.

Дорога через березняк.

Перед самой Можей. Снег ещё лежит здесь.
  • Дорога обратно! Что за смысл описывать её подробно, когда ноги скользят то по мокрой грязи, то по льду луж. Луна медленно, но верно опускается за частокол сосновых стволов. Тусклый голубой свет разряжающегося фонаря выхватывает впереди метров пять кособокой дороги. Идти вроде и не холодно. Пока идёшь. Но холодок ночи хватает своими щупальцами, лезет под бушлат, усыпляет сознание, превращает тебя в подобие зомби.
  • И запах! Ночью он неописуемо особенный! Днём такого нет. Запах тающего снега, не совсем остывших сосновых стволов, неуловимой весны, начала новой жизни. Да разве можно его описать, этот запах, если не ощутить его в два часа ночи на этой прекрасной лесной дороге!
  • В принципе, я рассчитал, что должен быть на мосту через реку Бобр примерно в четыре утра. Вдруг там встретится что-нибудь интересное. И с учётом всех разливов и прочих оказий, подойду к шести на станцию. Вот.
  • И вот! Когда я был уже где-то в полукилометре от памятника сове, слева от меня, метрах в двухстах закричал филин! Филин! Разве можно перепутать этот крик с любым другим ночным голосом!
  • Король ночи! Лично у меня - это девятая встреча с этой удивительной совой. За всё время наблюдений.
  • Судорожно вытащив из сумки боевой фонарь, я рванул туда, в этот чёрный ельник.
  • Собственно, этот ельник я хорошо знал. Несколько раз, в очень похожей ситуации, я гонялся здесь за мохноногим сычом. Но теперь - филин!

Вода возле Можи идёт потоком через лес.

Вырубка. Недалеко от Можи.

Моя ночная аппаратура для подсветки. Я разобрал её на Може. Вариант оказался не удачным.




Потоки воды в вечернем лесу.

Ветка сосны. Ночной снимок.

Рассвет уже заметно проглядывает через кроны сосен.
  • Нет, уважаемые читатели, читать о нём в книжках, даже самых серьёзных и научных, и встретиться ночью в лесу, это примерно, то же самое, если говорить о Луне и реально побывать там. Разница колоссальная! И она просто завораживает.
  • Ломая на ходу сухие веточки на еловом подросте, переваливаясь через рухнувшие стволы мёртвых елей, которые норовят проткнуть ветками-рёбрами, проваливаясь в какие-то ямы с водой, утопая в сугробах снега, я мчался туда. Если этот улиточный способ передвижения можно назвать словом "мчался".
  • Действительно, метров через двести я его догнал.
  • Филин кричал не спеша, с интервалом в две-три минуты. Как и положено королю ночи.
  • Но как только я его нагнал, он отлетел в сторону, вдоль дороги, откуда я спешил, метров на пятьдесят. И опять я его настиг. Теперь филин токовал прямо у меня над головой, на высоченных старых елях. Метрах в тридцати, а то и выше над землёй. Густые сухие ветки на их стволах и живые, иглистые в кронах, так и не позволили мне его найти лучом фонаря. Тем более, что король применил свою королевскую тактику, уже мне известную. Он замолчал.
  • Я выжидал некоторое время, надеясь продолжения. Но...
  • Больше филина я в ту ночь не слышал. Всего он токовал минут двадцать, ну, может, немного больше. И всё. Голос короля ночи затих. Я был в густом, старом ельнике, в непроглядной темноте и соображал, что мне надо быть через полчаса на мосту через Бобр, иначе я опоздаю на электричку.
  • Что поделаешь, пошёл обратно. Буквально через несколько шагов понял, что сбился с пути. Кажется всё просто - двести метров в сторону от дороги, пятьдесят - вдоль дороги. Значит - повернул налево и назад. Ну, ну. Это теория по книжкам для начинающих.
  • На практике - полный мрак, ветки и ты совершенно не понимаешь, в какую сторону идёшь.
  • И тут, совсем где-то рядом закричал мохноногий сыч.
  • Собственно случаи, когда мохноногий сыч токует на территории филина, у меня были. Тут ничего удивительного нет. За исключением того, что я, опаздывая на электричку, заблудился, буквально в двух шагах от моста.
  • Сыч кричал без перерыва и летал кругами вокруг. Я его даже не пытался преследовать. Он не задерживался на одном месте, да и у меня времени не было. Тем более, я знал, что через час начнёт светать, он замолчит, ну и так далее...
  • Собственно, так и вышло. Выключив фонарь, я остановился. Признаков рассвета ещё не было. Но даже в темноте леса глаза постепенно адаптировались. Меж крон деревьев стали проступать звёзды. Где-то рядом, между деревьями я заметил просвет. Устремившись туда, я выбрался на старую вырубку и по пожарной полосе вышел на дорогу.
  • Через десять минут после этого я был уже возле памятника сове.
  • Да уж, ночь полна неожиданностей. Но, филин! Я поставил перед собой задачу снова приехать сюда. Основательно подготовившись, ровно через неделю, я был в том самом ельнике.
  • Но это была уже другая история.





Луна запуталась в ольховых ветках.


Здесь я ещё специально и сильно подсветил снимок. На самом деле, там в этом ельнике полная темнота.


Восход можно снимать бесконечно. Солнце вот-вот появится среди деревьев.
Один из моментов восхода.
Вон оно - истинное божество - Солнце!

Золотистый шар медленно поднимается из-за леса.

 



 
Заметки о природе Беларуси.Фото галереи сайта